В мае футбольный клуб «Локомотив» впервые за 14 лет стал чемпионом России. Для московского футбола это событие примечательно ещё и тем, что в составе железнодорожников выступило большое количество воспитанников академии «Локо»: братья Миранчуки, Дмитрий Баринов, Михаил Лысов, Артём Галаджан, Аршак Корян – которые помогли добыть эту победу.

Мы поговорили с директором Академии «Локомотив» Алексеем Щиголевым о чемпионстве «Локо», о том, как выращивать чемпионов, о Южной Корее, сериале «Вне игры», ярких воспитанниках и многом другом.

ЧЕМПИОНСТВО, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С КЛУБОМ, СБОРНАЯ РОССИИ

— 5 мая Эдер забивает решающий гол в ворота «Зенита», весь стадион взрывается эмоциями, «Локомотив» наконец чемпион. Как этот день, да и все последующие, прошёл для академии?

— Захватывающих историй празднований чемпионства в Академии нет. Мы все ждали этого дня. Напряжение, которое чувствовалось в команде с начала второго этапа, перекидывалось и на академию, на все службы клуба. Приятно, конечно, что это произошло на матче с «Зенитом»: на своей арене, с амбициозным соперником. Приятно вдвойне, что теперь нашим футболистам не надо смотреть в сторону «Реала», «Манчестера» и «Барселоны». Теперь в общении с футболистами других академий они всегда могут рассказать и показать, кто чемпион России (смеётся и показывает свой телефон в брендированном чехле «Локомотива» с изображением кубка чемпионов России и лозунгом «Ярче прошлого», прим. А. Цалон).

— То есть отбой в интернате наступил в этот день по расписанию?

— Да! У нас есть жёсткое правило, что в десять часов в интернате отбой. Перед этим футболисты сдают воспитателям телефоны и прочие гаджеты, как бы сурово и странно это ни звучало в 2018 году. Но тренировочный процесс подразумевает под собой нормальное восстановление, сон. А у нас ещё и общеобразовательная школа, где требования к ученикам не меньше, чем на футбольном поле. Так что для академии день прошёл в штатном режиме. Были клубные празднования в очень приятной обстановке. Все службы клуба провели колоссальную работу ради достижения этой цели, ну и мы в академии, в свою очередь, тоже стараемся выполнять главную задачу и готовить качественных игроков.

— Президент «Локомотива» Илья Геркус часто говорит о том, что клуб в первую очередь ориентируется на собственных воспитанников. Как это происходит на практике?

— У нас самая непосредственная связь с клубом, постоянное общение как с президентом, так и со спортивным отделом. Как со спортивным директором Эриком Штоффельсхаусом, так и со всеми сотрудниками спортивного отдела. Как правило, раз в неделю проходит совещание, на котором, кроме академии, есть представители молодёжной команды и «Казанки». Вместе со спортивным отделом мы проговариваем прошедшую неделю, ставим задачи или планы на следующую. Со стороны спортивного отдела могут быть какие-то определенные пожелания, требования или корректировки по работе. Взаимодействие очень плотное.

— Как оценивает Вашу работу, и работу академии клуб. Какие критерии?

— Сейчас представители спортивного отдела присутствуют на играх «Клубной лиги». Они знают, в каких возрастах, на каких позициях у нас есть перспективные ребята. Кто на контрактах, кого мы рекомендуем. Мы регулярно садимся и проговариваем – есть ли у нас кто-то, например, на позицию правого нападающего в ближайших к выпуску возрастах? Обозначаем план работ.

Конечно, мы, как академия «Локомотива», не можем себе позволить занимать низкие места. «Мы чем-то тут занимаемся, растим футболистов, но заняли пятое место». Конечно, нет, своих ребят мы воспитываем, что в футболе они должны действовать с позиции силы. Играть в атакующий футбол, не убегать скопом к своим воротам, чтобы там кучей отбирать мячи, а отбирать их там, где потеряли. И за нашей работой следят, оценивают. А мы стараемся давать им игроков, которые готовы бороться за самые высокие места.

— Требуют ли они от вас, например, «шесть человек уровня молодёжного состава на выходе»?

— Любая команда, наверное, хочет, чтобы академия им давала по пять игроков в основной состав, но мы живём в объективной реальности. Мы не сторонники покупок в академию кого-то со стороны, это просто не наш принцип. Мы говорим: «Вот здесь, здесь и здесь у нас есть футболисты. Тут есть защитник, тут вратарь, тут нападающий, игрок сборной». Это тоже немаловажный факт, мы же не в закрытом пространстве находимся, и если у нас по 5-6 человек от возраста играет в сборной России, то это что-то значит. Ездил смотреть игру между сборными России и Германии 2000 г.р. в Волгограде. Соперники очень впечатлили. Немцы все быстрые, атлетичные, рационально с мячом работает. Если это защитник, то он мощный, мобильный , хорош в единоборстве. Если это крайний нападающий, то постоянно обыгрывает один в один.

— Футболистов «Локомотива» в этой сборной, насколько я помню, не было.

— Андрей Гордеев пошёл нам навстречу, за что ему большая благодарность, мы в этот момент играли с немцами на их территории, и, кстати, довольно успешно. Хотя, не скрою, было приятно от бомонда московского и российского футбола слышать, что уступили немцам, потому что не было наших игроков (смеется, прим. А. Цалон). Но мне было бы действительно интересно посмотреть наших футболистов на уровне сборной

ЮЖНАЯ КОРЕЯ, НЕПОМНЯЩИЙ, ДЕТСКИЙ ФУТБОЛ, ЛОКОМОТИВ

— Ваша страница в Википедии поражает воображение, но не очень балует фактами. Вы ведь воспитанник московского футбола?

— Я москвич и воспитанник футбольной школы «Торпедо» Москва. Мой первый и единственный детский футбольный тренер – Николай Михайлович Ульянов, который работает у нас в академии с командой U-19. В нашей команде 73-го года играли Денис Клюев, Сергей Гришин, Андрей Талалаев, Михаил Мурашов, Сергей Борисов – люди, которые и кубки выигрывали, и мадридский «Реал» затем обыгрывали. Потом начались, так сказать, «лихие времена». Команда «Торпедо» потихонечку начала разваливаться. Я был молодым, но амбициозным парнем, и когда меня пригласил Игорь Семёнович Волчок в «Шинник», я, ничего не боясь, сразу из дубля шагнул в основную команду. С Игорем Семёновичем я работал в сборных командах Москвы, а на тот момент ещё и в юношеской сборной России играл.

— А потом внезапно появилась Южная Корея.

— «Лихие времена». У меня уже тогда появилась семья, нужно было ее как-то кормить, и я переехал в тель-авивский «Бейтар». Команда только вышла из первой лиги в высшую. Мы довольно хорошо отыграли тот сезон, но дальше пришло приглашение от Валерия Кузьмича Непомнящего попробовать свои силы в Южной Корее. На меня очень приятное впечатление произвела работа с этим специалистом. Очень образованный человек, интеллигент. Он мог заразить идеей не как иногда принято у других специалистов: криком, шумом, лозунгами «давай-давай» – а просто словами, что вы самодостаточные футболисты и вы всё сможете. Было интересно столкнуться и с культурными особенностями страны.

— Что больше всего впечатлило?

— Когда я только приехал в Корею, вообще никого отличить не мог, все лица были одинаковые. Но люди настолько доброжелательные и положительные, что не заразиться этой азиатской манерой всегда улыбаться было невозможно. Тогда, наверное, я и понял, что не обязательно всегда ходить с деревянным лицом, а позитив иногда помогает. Когда я приехал, не мог отличить одного корейца от другого. Через пару месяцев я уже знал, кто такой Хо Ки Те, мог отличить его от Ун Чоя и знал, что такое кимчхи (блюдо корейской кухни, прим. А. Цалон). Очень благоприятная атмосфера.

— Каким запомнился Валерий Непомнящий?

— У нас был такой случай. В команде играли несколько русских футболистов – Александр Подшивалов в воротах, Сергей Бурдин, который в Корее завоевал все золотые бутсы, трусы, гетры и всё остальное, что только можно завоевать. У Валерия Козьмича всегда были открыты для нас двери. Как-то собрались у него, и он говорит своей жене, Полине Павловне: «Спроси у ребят, кто что будет пить». Ну мы, естественно, кто морс попросил, кто чай. И тут Непомнящий говорит: «Ребят, не надо, не надо! Будьте самодостаточными людьми. Вы привыкли, что вас как со сборов на два дня отпустят, так вы как с поводка срываетесь и за два дня хотите всю жизнь прочувствовать. А её можно получать постепенно». Советы Валерия Непомнящего, окружающая среда с позитивными корейцами, очень сильно помогли поменять свои взгляды. Я ведь уезжал из стихийной России, у нас тогда было всё по-другому. Но, как оказалось, эти длительные командировки пошли на пользу в формировании моей личности.

— И всё же вы вернулись в Россию.

— Да, вернулся, и с «Шинником» стали четвёртыми в Высшей лиге. Вообще мне, как москвичу, прошедшему московскую футбольную школу, игравшему в сборной Москвы, всегда казалось, что я буду играть в Москве. Но 20 лет потом проездил по периферии. Но за это время я встретил много прекрасных людей. Закончил в 37 лет, с «Динамо» из Бреста выиграли Кубок Беларуси, и, как оказалось, дали такой импульс развитию клуба, что теперь там Диего Армандо Марадона входит в совет Правления клуба (смеётся, прим. А. Цалон).

— В детский футбол все попадают по-разному, каким был ваш путь?

— Мой хороший друг Андрей Талалаев работал тренером со сборной России 1995 года рождения и пригласил меня помочь. Я ему сразу сказал, что тренером быть не готов. Меня часто спрашивают: «Алексей Николаевич, а тренером вы не хотите?» Я не хочу. Для меня тренер – это как Николай Ульянов, он 24 часа в сутки думает, как улучшить игру, живёт жизнями своих воспитанников. А у меня двое детей, одному 24 года, маленькой 11, и так не хватает времени. Тренерство для меня – это высшая материя. Но я отозвался на приглашение Андрея Талалаева, чтобы просто попробовать. Уровень организации – на высшем уровне. Помню товарищеский матч со сборной Германией: мы не успели ещё на скамейку сесть, а счёт уже 0-2. Тогда я понял, что мы живём не в закрытом мире, надо постоянно развиваться, смотреть и перенимать лучшее. А то иногда кажется, что у нас всё здорово, а потом со сборной Германии встречаешься и…

— Как оказались в «Локомотиве»?

— Владимир Кузьмичев, предыдущий директор академии «Локомотива», пригласил меня как селекционера, а через какое-то время Кирилл Котов пригласил уже непосредственно в клуб на должность начальника трансферного отдела. Занимались различными контрактными вопросами. Три года назад предложили возглавить академию. Я, в принципе, был в курсе дел академии, потому что отслеживал старшие возрасты, это было необходимо, чтобы понимать, кто у нас на подходе в ближайшее время. Мне это было интересно, и интересно по сей день. Очень хочется привнести что-то и оставить свой вклад. Три года прошло, работы по-прежнему много, но это очень интересная работа.

ПЕРВЫЕ ШАГИ, КАТАСОНОВ, КУРС НА ЕВРОПУ

— Как прошли ваши первые полгода на посту директора академии «Локомотив»?

— Моя основная философия – не сломать и не навредить. Первые полгода ушли на ознакомление с внутренними процессами. Особенно никак не старался повлиять на ситуацию, потому что, не зная всего, можно было легко наломать дров. Потом, начиная с «Зимнего Первенства», я пригласил в академию Александра Михайловича Катасонова на роль спортивного директора, и мы засучили рукава. Имея опыт работы в клубе, я чётко понимал, что мы должны видеть и представлять, чем мы в академии занимаемся. С Александром Михайловичем мы сделали электронную базу, куда внесены все наши воспитанники, отражается весь тренировочный процесс, результаты тестов, которые они сдают.

Футбол смотрят все один и тот же, а понимают его по-разному. Поэтому, чтобы в академии все тренеры выдерживали единую линию, выпустили специальную методическую литературу. Дальше уже стали вносить коррективы в тренерский состав. Хотелось работать с людьми, которые, как и мы, хотят развиваться и понимают наши требования.

— Спустя три года произошли какие-то изменения в том, как вы видите правильную работу академии «Локомотива»?

— Сейчас мы поняли, что не можем ориентироваться на чемпионат Москвы или России. В прошлом году три наших зачётных возраста стали чемпионами Москвы в «Клубной лиге». В общем зачёте отстали на 4 очка от «Спартака», но теперь для нас это уже не является целью. Мы будем пытаться соответствовать европейским стандартам, и в этом плане нам ещё есть над чем работать. Качество тренировок, интенсивность. Для чемпионата Москвы иногда достаточно, потому что мы уже выбрали всех лучших и можем позволить себе брать футболистов из регионов.

Теперь, чтобы сделать существенный шаг, мы должны ориентироваться только на лучшие академии России и европейский футбол. Защитники должны уметь играть в одно-два касания, атакующие футболисты должны уметь обыгрывать, а мы, в свою очередь, не должны кричать ему: «Что ты делаешь, сохрани мяч!». Мы не хотим на выходе получать серых футболистов, иначе мы никогда не дадим Сергею Игнашевичу уйти из сборной. Мы должны развивать сильные качества спортсменов, ни в коем случае нельзя орать на детей, просить их сыграть попроще ради результата. Слава богу, за эти три года от меня ни Ольга Смородская, ни Илья Геркус не требовали «кубков побольше!», да «чтобы в газетах писали!». Только так мы сможем вырастить будущих Миранчуков.

— Как планируете выходить на европейский уровень? Участвовать в международных турнирах?

— В первую очередь необходимо наладить тренировочный процесс. У нас почему-то из всех европейских методик обычно выдёргиваются те моменты, где нужно поменьше тренироваться да поменьше усилий прикладывать. Но в Португалии, например, тренировочный день для старших команд может длиться по 3-4 часа. Атлетическая подготовка, сам тренировочный процесс, теоретические занятия. А у нас зачастую тренировки – это полтора часа, из них чистого времени на работу футболиста с мячом 40-50 минут. Так мы никогда не сможем выйти на другой уровень.

— То есть нужно больше и интенсивнее тренироваться?

— Я вижу, что если брать европейский опыт, то к нам его нужно переносить именно в плане интенсивности, количестве повторений. Почему у нас на первых местах в мире советский и российский балет, фигурное катание, синхронное плавание, художественная гимнастика? Я сам видел, как они тренируются, когда был в юношеской сборной России. На них больно было смотреть. Мы, футболисты, потянулись, пришли на завтрак – они уже вкалывают. Мы уже потренировались, в баню идём – они опять работают! Я, конечно, немного преувеличиваю, да и женщины – это космические создания, нам такой работоспособности, как у них, никогда не достичь. Но именно в этом, на мой взгляд, нам нужно прибавлять.

2001, ТЕМРЮКОВ, НЕПОПАДАНИЕ НА ПЕРВЕНСТВО РОССИИ, СЕВИКЯН, МОЛОДЁЖКА

— Команда 2001 года рождения как раз недавно приняла участие на турнире в Германии. Чья была идея, почему именно этот турнир, каковы ощущения от его итогов?

— Есть сформировавшиеся турниры, с богатой историей, которые проходят уже не первый год. Для нас главное – это состав участников. Не просто съездить, посмотреть страну, себя показать, а встретиться с серьезными соперниками, посмотреть на себя в сравнении с европейскими командами. С Эриком Штоффельсхаусом и спортивным отделом проговариваем турниры и определяемся, куда ехать, а куда нет.

Команда 2001 года рождения поехала на интересный турнир под Дюссельдорфом, вышли в финал, где проиграли вдесятером «Ганноверу», но сыграли на очень приличном уровне. Очень высокий уровень соперников. Кстати, чуть раньше наша молодёжная команда тоже сыграла на турнире в Германии, посмотрели на себя со стороны в матчах против английских и немецких команд. Не прошли в финальную часть, но и не проиграли на турнире никому.

— У команды 2001 года рождения сменился тренер, назначали Сергея Темрюкова, который до этого работал с командами младших возрастов. Почему сделали такой выбор?

— Предыдущий тренер этой команды Максим Юрьевич Мишаткин пожелал сменить обстановку, и мы встали перед необходимостью выбора тренера. Когда я приглашал Сергея Темрюкова в академию, мне было очень интересно. Он много и успешно работал в Голландии в ПСВ, как раз со старшими возрастами. Было интересно посмотреть на него вблизи. Как правило, новых тренеров мы ставим сначала на команды младших возрастов. Они должны понять наши требования, а мы должны понять его компетенцию. Сергей проявил себя с хорошей стороны и, самое главное, не боялся возглавить команду выпускного года. Да, работать с этой командой придётся всего лишь год, но за этот год можно поменять всё!

Сейчас я вижу, что команда начала воспринимать требования этого тренера. Вообще, я опасался немного, ведь команда выпускная, кто-то уже на контрактах, кто-то хочет попасть в молодёжную команду, кто-то стоит на пороге выбора между футболом и учёбой, много других факторов сейчас в их головах появляется. Но он сумел объединить их общей идеей, что в выпускной год только от них зависит, как дальше сложится их карьера.

— Эта команда трижды подряд играла в финалах Первенства России, но в этом году даже не отобралась в число участников. Это серьезный удар?

— Это следствие того, как команда провела прошлый год. То, что мы проиграли «Анжи», не так важно, главные матчи были проиграны в прошлом сезоне. Да, эта команда трижды играла в финалах, дважды выигрывала их. В какой-то момент им показалось, что дальше всегда будет только так. Началась самоуспокоенность, а футбол – это каждый день вызов. Для нас результат – это не самое важное, но усилия на футбольном поле команда обязана прикладывать, не глядя на то, кто у них в соперниках. Я часто проводил беседы с командой именно о том, что в играх с командами ниже уровнем они не выкладывались на 100%. А потом, когда нужно было добавить, ребята уже просто не могли этого сделать. Конечно, в первую очередь это наше тренерское упущение, может быть, и хорошо, что тренерская перестановка случилась в этот момент.

— Из этой команды в прошлом году ушёл один из лидеров Эдгар Севикян. Достаточно необычный переход в Испанию – как это произошло?

— История довольно простая. Эдгар, по своей сущности, красно-зелёный, «локомотивец». Но его семья разрывалась между двумя странами. Папа – бизнесмен, живёт и работает в России. Мама с младшим братом живут в Испании. Парень интересный, левоногий, играет в сборной. Но я считаю, семья и семейные ценности — это самое важное в жизни. Поэтому, когда папа Севикяна пришёл и сказал, что они хотят попробовать в Испании, у меня никаких вопросов не возникло. У него сейчас любительский контракт, и хочется пожелать ему удачи, так как он поехал играть в другую страну, но футбольные азы были заложены в «Локомотиве». Дай Бог, чтобы у него получилось.

— Несколько ребят уже съездили вместе с молодёжной командой на сборы, и, судя по всему, летом Александр Катасонов заберёт не меньшее количество ребят. Как планируете доигрывать сезон?

— Первая группа съездила на сборы зимой, и у Александра Михайловича осталось хорошее мнение о ребятах. Нескольких он был готов сразу подключать к играм с молодёжной командой, но мы договорились о том, чтобы они были в составе академии до лета. Нам важно, чтобы они получали полную игровую практику, потому что если они не будут играть, то пользы от этого никому не будет. Сейчас, понимая, что произошёл счастливый момент юношеской Лиги Чемпионов. Думаю, Что летом будет формироваться команда на базе команд 2000 и 2001 годов рождения, и три игрока 1999 года рождения. Мы к этому будем готовы, не исключено, что переведем нескольких ребят 2002 года рождения.

— Тренировки с молодёжкой пошли на пользу этим футболистам 2001 года рождения?

— Мы видим очень большие плюсы. В молодёжном составе или в «Казанке» они видят совсем другой уровень тренировочного процесса, сопротивления. Гораздо сложнее всё. И теперь, вернувшись в Академию, они понимают, что останавливаться ни на секунду нельзя – дальше будет только тяжелее. И если кто-то приостановится в развитии, их место займут другие. У нас ведь каждый год выпуск, и в каждой команде есть яркие интересные ребята. Это для них очень хороший, мотивирующий опыт.

2002, КОНТРОЛЬ ЗА ТРЕНИРОВКАМИ

— Команда 2002 года рождения дошла финала Первенства России, но уступила «Зениту». Довольны выступлением команды?

— По сути не получилось только занять первое место. Но, по всему турниру нас очень порадовало количество голевых моментов, которые у нас были. У этой команды есть ещё два года на внесение корректив в тренировочный процесс, чтобы те моменты, которые создаёт команда, превращались в голы. Мы понимаем, что дети растут, если раньше Турищев мог на своей половине взять мяч, протоптать всех и забить, сейчас с каждым годом делать это всё сложнее. Но в этом возрасте у нас есть очень интересные, креативные ребята. Сейчас главное – внести корректировки в тренировочный процесс.

— Осуществляете как-то контроль над тренировочным процессом, или всё на откуп тренеру?

— Мы сейчас стали снимать тренировки раз в неделю. Чтобы тренеры могли посмотреть на процесс со стороны. С поля иногда кажется, что в упражнении всё идёт здорово, а со стороны видно, что есть сбой, который невозможно заметить. Если мы уберём эти моменты, то будем забивать и получать удовольствие от футбола. Кроме того, иной раз важно дать посмотреть тренеру, как именно он доносит свои мысли до футболистов. Тренеры – это публичные люди и они должны быть, в том числе, ораторами.

— Переформулирую вопрос, тренер в «Локомотиве» — это творческая профессия, или есть жёсткие методические лекала, которым он следует?

— У нас прописаны требования по возрастам. Условно говоря, в восемь лет он должен научиться ловить мяч. В девять — ловить мяч и бросать его дальше. Но только тренер внутри тренировочного процесса решает, как именно он учит детей. В тренировочном плане прописано только направление, а тренер уже наполняет тренировку соответствующими упражнениями на свой взгляд. Если тренер вносит что-то своё, то он должен убедить спортивного директора в необходимости данного шага. Если вся академия играет 4-3-3, а тренер вдруг захотел в матче сыграть 5-3-2, то мы должны понимать причины. Я не могу, например, позвонить тренеру и говорить, кого ставить. Но на тренерском совете, заслушав отчёт по игре, могу задавать определенные вопросы.

2003, «ВНЕ ИГРЫ», КРАПИВНИКОВ, «ПОЗДНИЕ» ФУТБОЛИСТЫ, МЕДИАПРОСТРАНСТВО, РОДИТЕЛИ, ШКОЛА

— Команда 2003 года рождения проиграла в полуфинале «Спартаку» в серии пенальти. Как оцените их выступление?

— У нас почему-то так получается, что четвертьфиналы и полуфиналы мы всё время играем с московскими командами, но ладно. Это всё равно интересно. Если мы играем со «Спартаком» и после потери мяча не бежим сломя голову назад, а сразу, как и требуется от наших команд, вступаем в единоборства и пытаемся отнять его обратно, если та концепция игры, которую мы требуем от наших футболистов, полностью выполняется, значит, мы на правильном пути. Да, проиграли в серии пенальти, но что я могу сказать команде, тренеру? Мне нечего сказать. Значит, плохо работали над пенальти, будем больше работать (улыбается, прим. А. Цалон).

— Недавно клуб выпустил пролог к сериалу «Вне игры», действие которого проходит в стенах академии «Локомотив». В прологе большое внимание было уделено Даниилу Крапивникову – футболисту 2003 г.р., который из-за своих физических данных не проходит в состав. Это действительно проблема?

— К сожалению, проблема действительно существует. Хотим мы того или не хотим, но живём мы не в Испании, а в России. Здесь атлетичный футбол, больше атлетичных соперников, чем там. И чемпионат России у нас такой, что весь основной футбол проходит зимой или весной, когда мяч надо толкать и пихать. Но я сторонник того, чтобы ребёнок в нашей академии получил полный цикл футбольного образования. Можно взять футболиста из региона, физически мощного, атлетичного, но с пробелами в техническом плане, но это только на какой-то период. Потом его всё равно догонят, а проблемы с техникой вылезут, и нам придётся от этого парня, которого мы вытащили из региона, отказываться. Иногда нужно просто дать время. Команда 2003 года рождения очень показательна в этом плане, у них пубертатный период, и у нас были примеры, когда футболисты за год подрастали на 11 сантиметров!

— Перед Крапивниковым действительно стоит угроза отчисления?

— Это очень техничный парень, который живёт футболом. Мне бы хотелось, чтобы каждый ребёнок вот так относился к футболу – я его иногда с футбольного поля выгнать не могу! На данный момент такого вопроса нет, но жизнь может внести свои коррективы. Если не будет дальнейшего роста, не исключено, что придётся выбирать, оставлять его или расставаться. Но техника у него действительно незаурядная. Когда он начинает финтить или, как на UTLC CUP в прошлом году, передачи из-под ноги давать, все болельщики в восторге. Но чем ближе выпуск, тем острее будет стоять вопрос, выдерживает ли он физически и готов ли он к большому футболу.

— Есть и ещё одна большая проблема, уже системная: футболисты, родившиеся в конце года, в любом случае будут отставать от детей, родившихся в начале года.

— Честно говоря, я бы вернулся к тем правилам, которые у нас были раньше, чтобы дети, родившиеся после 1 сентября, имели возможность играть на команду младше. Я вообще не обращал внимания на эту проблему, но Эрик Штоффельсхаус как-то просматривал состав юношеской сборной России какого-то года и спросил у меня, почему все футболисты в ее составе родились до марта месяца. Я проверил в нашей электронной базе, в «Локомотиве» эта проблема не так остра, у нас соотношение «ранних» и «поздних» где-то 60 на 40. Да и на примере Крапивникова видим, что это не всегда показательно, потому что Даниил родился в начале года. Но в ранних возрастах это очень сильно влияет. В Европе, кстати, большинство команд играет спаренными возрастами, и это нормально.

— А что в целом можете сказать про команду 2003 г.р.?

— Команда интересная, есть перспективные ребята во всех линиях, особенно в линии обороны, но сейчас мы пришли к выводу, что нужно доукомплектоваться и на несколько позиций пригласить новых ребят. Мы делали это зимой, для нас Зимнее Первенство – это больше селекционный турнир, но вопросы пока остаются.

— Несколько лет назад, я слышал отзывы об этой команде как об одной из самых перспективных в «Локомотиве» в атакующем плане. Сейчас, кажется, это уже не так.

— Несколько лет назад им было по 10-11 лет, Крапивников и его соперники были одного роста. Одни выросли, другие нет. Сейчас нам бы хотелось пригласить в команду по игроку в каждую линию. Мы не сторонники массовых завозов, поэтому процесс происходит не так быстро, но работа ведётся.

— Вы не против того, что футболисты академии активно участвуют в различных медиаисториях? Кто-то снимается для сериала, кто-то активно участвует в проектах на популярных youtube-каналах…

— Да мне, наоборот, хочется, чтобы наши футболисты были разносторонними людьми. Футболист дураком быть не может. Я часто сравниваю со своим поколением и вижу, что некоторые не получили нормального образования, футбол закончился, им уже за сорок – и ни семьи, ни работы. Это трагедия! Ребёнок, молодой человек должен быть развит и самодостаточен. Ну не получится вдруг у Крапивникова в футболе – так он не пропадёт. Будет в шоу-бизнесе, у него всё хорошо, всегда белая рубашка, бриолин, девушка рядом (смеётся, прим. А. Цалон). Это же здорово, это развитие личности.

— Но благодаря всем этим историям «Локомотив» всё чаще мелькает в медиапространстве. Не ощутили уже плоды этой работы, например, в селекции?

— Ощутили на наборе. У нас никогда на весеннем наборе не было столько детей – около 500 человек пришли. Обычно основная масса приходят в августе, там наш максимум был 700 претендентов. В некоторых группах по 80 человек занималось, и мы отобрали по 4-5 человек из каждой группы и пригласили на тренировки. Это 2009, 2010 и 2011 года рождения. Думали собрать полноценную команду 2012 года рождения, но пока решили ограничиться семью футболистами, которые будут работать с годом старше. Уходим от практики, когда набирали футболистов для количества, а потом всё равно с ними приходилось расставаться. Это очень болезненный момент как для детей, так и для родителей. Сейчас у нас в малышах две группы по 12-14 человек, с каждой работает собственный тренер. Ну и вообще, да, у нас же сейчас все живут в гаджетах, везде мелькает «Локомотив». Звонят даже те, кто раньше никогда с футболом связан не был, спрашивают про сериал, про академию.

-В том же сериале активно затрагивается тема влияния родителей на футбольную судьбу своего ребенка. В «Локомотиве» есть такая проблема?

— Детей от родителей отгородить нельзя, априори. Мы закрываем полностью тренировочный процесс. Есть зона, где могут находиться родители, но быть рядом с тренировочным полем, в манеже или ещё где-то запрещено. Тем более по малышам. Они же ещё не понимают, кто прав: тренер, папа или бабушка. Для родителей у меня всегда открыты двери, всегда готов выслушать. Если какие-то вопросы касающиеся педагогики, жизни – это ко мне. Всегда выслушаю, попробуем найти какие-то решения. Но спортивная составляющая для родителей закрыта, в этом процессе они не участвуют. Иногда возникают какие-то вопросы, я показываю в электронной базе – столько-то сыграл, такие-то показатели в тестах. Если мальчик не тянет, честно говорю, что надо ехать домой, находиться внутри семьи и получать образование. У нас без игровой практики он всё равно не разовьется в большого мастера. Я всегда открыт, мы проводим собрания здесь или в Перово, и каждый может задать волнующий вопрос.

— Ещё одна важная тема сериала – школа. В одной из серий учительница активно отговаривала отдавать ребенка в интернат, потому что никакого контроля за школьной успеваемостью нет, а вместо головы у футболистов к окончанию школы футбольный мяч. В «Локомотиве» так?

— Да нет, ну что вы. У нас всё очень строго. Сегодняшний пример – играет женская команда «Локомотив» (разговор состоялся 22 мая, ЖФК «Локомотив» одержал первую официальную победу в истории, обыграв действующих чемпионов страны, команду «Звезда-2005» со счётом 2:0, прим. А. Цалон), матч ранний, но мы из школы никого не забрали. В сериале много такого футбольного сленга, который туда привнёс Руслан [Хачмамук, режиссёр и сценарист сериала «Вне игры», прим. А. Цалон], бывший селекционер ЦСКА. Может быть, у него какой-то негативный опыт остался, у нас гораздо более позитивная ситуация.

— У директора школы Шамиля Сабитова не забалуешь?

— Директор нашей школы Шамиль Яруковович Сабитов – очень активный человек. И педагогический состав у нас собрался очень интересный. Это люди, которые не сидят на месте, проводят всевозможные конкурсы, праздники. Приходишь на такой праздник – дети для тебя раскрываются по-новому. Зимой мы традиционно проводим награждение. Каждая команда должна подготовить какой-то номер. Сначала это было со скрипом, но сейчас они втянулись, стали по-другому это воспринимать. Иногда такие сценки выдают! Если ребята неординарны в чём-то, а у нас в Академии собраны такие, то они просто не могут быть тупыми.

— Но как получается сочетать футбол со школой, если весь день тренировки, игры или, как сейчас у команды 2001 года рождения, турнир в Германии в мае?

— Здесь хочется высказать благодарность нашим учителям. В Зимний период у нас были двухразовые тренировки у старших возрастов. Вся Москва мне говорила: загонишь футболистов, отвыкли же тренироваться помногу. Но мы составляем тренировочный план и отдаем его нашей школе. Учителя под нас подстраиваются и если надо остаются до 19 часов вечера. Также стараемся сдвинуть каникулы так, чтобы если команда едет на сбор, то он приходился именно на период каникул. В период экзаменов учителя индивидуально работают в то время, когда это возможно. Очень приятно, что в такое время, когда принято больше думать о себе, наши учителя и тренеры проявляют такую заботу о своих учениках.

2004, СЕРГЕЙ ПИНЯЕВ, 2005, ГРИША ЛОСЬКОВ, НЕЗАЧЁТНЫЕ ВОЗРАСТА, U-19

— Дальше по списку команда 2004 года рождения. С ней всё в порядке?

— Это у нас очень сложная команда. Два года назад я бы вообще сказал, что ситуация патовая. Поле увеличилось, и мы оказались в очень затруднительном положении, вопросов по команде было очень много. Её возглавил Геннадий Гришин, который умеет выстраивать команды и развивать игроков. Под его руководством команда 2001 года рождения выигрывала одно из Первенств России. Внесли коррективы по селекции, я уже говорил, что мы не везём толпу, а дальше кто зацепится, тот зацепится. Мы проговариваем позиции. Иногда не удаётся сразу найти необходимого нам игрока – родители против, команды, или ещё какие-то моменты. Сейчас ситуация выравнивается, в прошлом году стали третьими по Москве, выиграли кубок. Есть очень хорошие позиции, в которых мы неплохо выглядим, но есть куда добавлять. И в обороне, и в опорной зоне – если говорить об игроках. А что до развития имеющихся футболистов – работы непочатый край. Начали в этом году «Клубную лигу» тяжело – думали, что прокатимся по «Строгино» и далее везде, но немножечко нас поставили на место.

— В последней встрече в ворота «Локомотива» два мяча забил Сергей Пиняев, про которого сейчас ходит много разговоров. Слышал, что он едва не оказался в «Локомотиве», это правда?

— Да он и оказался в «Локомотиве», его нашли наши селекционеры, которым я хочу сказать только самые добрые слова. Мы же не пользуемся такими моментами как выплата денег родителям, клубам или еще кому-то. У нас работают два селекционера, у которых есть связи с людьми в регионах. Они тоже работают на общественных началах и личных договорённостях. Привезли Пиняева, он был у нас здесь, произвёл хорошее впечатление. Руководитель Академии на тот момент, затянул с принятием решения. «Чертаново» воспользовалось этим и пригласило его к себе, и сейчас он играет за «Чертаново». Это жизнь, что поделать.

— Команда 2005 года рождения сейчас в турнирной таблице ниже «Локомотива-2». Тоже проблемы перехода на большое поле?

— Думаю, да. У нас основная направленность в работе с младшими возрастами – это техника. С ними даже работает тренер по технике Юрий Владимирович Быстрицкий, уважаемый и опытный тренер. Он в своём возрасте и сейчас может с мячом показать много того, что не все здесь в Академии могут сделать. Технически ребята подготовлены очень хорошо, но некоторые школы могут позволить себе приглашать детей с десяти лет и набирать соответствующую команду. Мы от такой практики отказались. Поэтому самое простое объяснение – на данный момент команда 2005 года рождения в атлетизме своим соперникам проигрывает. Но это пока. Посмотрим на ребят, как они будут развиваться дальше, никаких кардинальных решений принимать не будем.

— К этой команде приковано внимание всех болельщиков «Локомотива» из-за Гриши Лоськова. Как складывается его судьба, и не подсказывает ли Дмитрий каких-то секретов?

— Сразу хочу поблагодарить Дмитрия Лоськова. Никогда, ни разу он не позволял себе даже каких-то минимальных коррективов, пожеланий или какого-то своего видения. Это, наверное, профессиональная солидарность, потому что он тоже понимает, что никто к нему как к тренеру не может прийти и рассказать, как тренировать.

У него пока не всё получается, отголосок той истории, про которую мы с вами уже говорили: Гриша – поздний ребёнок, родился в декабре. Ему тяжеловато выдерживать физические нагрузки наравне со всеми. Причёска у него как у папы, может хорошо развить атаку и отдать передачу – это да. Но на большом поле силёнок ему не хватает, и это очевидно. Поэтому будем смотреть на него дальше. С нашей стороны к нему нет никаких претензий по тренировочному процессу.

— Дальше команды незачётных возрастов. Вас устраивает система проведения соревнований?

— Сложный вопрос. Думаю, нынешняя система не оптимальна. Например, если мы играем четыре плюс вратарь, то и площадка должна быть меньше. Но главное, мне бы хотелось обратить внимание на то, что у нас в командах по 20 человек. На поле выходит пятеро. Даже если играем двумя составами, игрового времени для каждого из них очень мало. А ведь родители и футболисты зачастую едут из Подмосковья на игры. Выходят на десять минут, а потом возвращаются в электричках и думают: «Ну и чего я ехал, лучше бы во дворе мяч погонял». Им нужно радоваться футболу, а мы их в такой стресс загоняем. Нужно ввести третьи таймы в играх, тогда у них будет больше игровой практики. И обязательно избавляться от соревнований на результат. Дети становятся заложниками наших амбиций. Соревнования на результат в таком возрасте просто не нужны.

Мы для себя решаем эту задачу тем, что на игры даём детям определенные указания. Например, всю неделю отрабатывали «ведение мяча», значит, и в игре мы должны использовать «ведение мяча». В каком-то моменте можно было бы отдать пас, забить в пустые ворота, но нет, сегодня мы отрабатываем «ведение». Вратари не должны выбивать мяч, защитники должны широко расставляться – это базовые принципы, которые в каком-то роде мешают добиваться какого-то результата, но это наш подход. Только так дети будут получать удовольствие, не будут бояться обыгрывать и проявлять свои сильные стороны. Если посмотреть на старшие возраста, кого мы из регионов везём? Самородки, которые играют во дворах, на школьных соревнованиях. Их никто не окрикивает с бровки «отдай мяч», и у них сохранилась индивидуальность.

— И ещё в системе «Локомотива» есть несколько команд, которые призваны доводить выпускников академии до профессионального футбола. Зачем нужно так много команд, в каком порядке футболисты должны их проходить?

— Смотрите, у нас кроме «Черкизово» есть ещё отделение «Перово». Оттуда тоже ребята попадают в молодёжный состав, но если мы будем говорить им: «Давайте, парни, вкалывайте на тренировках и попадёте в основную команду», — они подумают: «Ну да, как же, рассказывайте басни». Поэтому у нас действует команда U-19, она играет в Третьем дивизионе – это на один уровень ниже, чем «Казанка». Мы собираем там ребят из двух отделений, которые по каким-то причинам не попали в молодёжный состав. И они получают возможность ещё на год-два продлить своё футбольное образование, окрепнуть под руководством Николая Ульянова. Оттуда они попадают в молодёжный состав, из молодёжки – в «Казанку», ну а там, дай бог – в основную команду. Через U-19 прошли Сулейманов, Вагабов, Логинов, Жёлтиков, даже Рома Тугарев. Эта система даст результат. Может быть, не прямо сейчас, но через несколько лет – это точно.

По нашим воспитанникам в других клубах это особенно явно видно. Все сейчас говорят о Джикии – но если бы не созданная в тот момент команда «Локо-2», не было бы никакого Джикии! Он прошёл перовское отделение, и если б не появившаяся тогда команда во втором дивизионе, ушёл бы из футбола. Ему надо было пройти определенную ступень, зато теперь это игрок уровня сборной России. Так что эта система должна работать и принесёт свои плоды.